Каждая эпоха назначала свой афродизиак. В XVI веке во Франции им объявили помидор, в XVII — какао, в XIX — сушёных жуков, в 2005-м заголовки всего мира отдали корону устрицам. Забавно другое: почти всегда назначение происходило раньше, чем кто-либо пытался проверить эффект. Разберём пять самых громких легенд — и посмотрим, что от них осталось после того, как за дело взялись учёные.
Когда томат приехал в Европу, его никто не ел — растение держали как декоративное. В 1544 году итальянский ботаник Пьетро Андреа Маттиоли описал его и отнёс к паслёновым, поставив рядом с мандрагорой. Мандрагора в Европе XVI века считалась средством для страсти — и репутация автоматически перешла на новый плод. Во Франции его так и назвали: pomme d'amour, «яблоко любви».
Схема здесь важнее самого помидора. Репутация афродизиака чаще всего возникает не из наблюдения за эффектом, а из сходства — по форме, по редкости, по соседству в старой книге. Дальше её просто повторяют.
В 2005 году на конференции Американского химического общества в Сан-Диего прозвучал доклад: в моллюсках нашли D-аспарагиновую кислоту и NMDA — вещества, которые в опытах влияли на выброс половых гормонов. Пресса ликовала: «наука подтвердила устрицы».
Смитсоновский журнал позже разобрал эту историю спокойнее. Между заголовком и данными оказалось три допущения: исследовали мидий, а не устриц; эффект наблюдали у крыс, а не у людей; и это был конференционный доклад, а не полноценное клиническое испытание. Что в устрицах есть точно — цинк. Что в них не доказано — способность поднимать желание у человека.
Знаменитая цифра: правитель ацтеков якобы выпивал по 50 чашек какао в день, и напиток считался средством для страсти. Цифра кочует по книгам с XVI века, но держится на одном рассказе участника испанской экспедиции — проверить её нечем.
А вот проверяемое: в 2006 году в The Journal of Sexual Medicine вышла работа Салонии с коллегами. Из 163 женщин исследование завершили 153, и у тех, кто ел шоколад ежедневно, показатели индекса женской сексуальной функции оказались выше. Но они были и заметно моложе — в среднем 33,9 года против 40,4. После поправки на возраст разница исчезла.
Значит ли это, что шоколад бесполезен на свидании? Нет — просто работает он не как молекула, а как жест. Плитка вроде шоколада ChocoLovers с афродизиаками хороша ровно тем же, чем свечи: она размечает вечер как особенный. Ждать от неё фармакологии не стоит, а ждать настроения — вполне.
Самая мрачная страница. «Шпанская мушка» — это кантаридин, токсин жуков-нарывников. Возбуждения он не даёт: вещество раздражает мочевыводящие пути, и это жжение веками принимали за прилив желания — репутация тянется ещё с римских времён. В медицинской литературе кантаридин фигурирует не в разделе про удовольствие, а в разделе про отравления.
Хороший пример того, как ошибка в интерпретации ощущения живёт две тысячи лет.
Здесь честный ответ — «данных мало». В 2010 году в BMC Complementary and Alternative Medicine вышел систематический обзор по маке: авторы нашли четыре рандомизированных испытания, два показали эффект, одно — нет. Вывод обзора звучит осторожно: доказательства ограничены, а количество и качество работ не позволяют делать твёрдые заключения. «Ограниченные доказательства» — это не «работает», но и не «шарлатанство»: это «пока непонятно».
Так афродизиаков не существует? Существуют легенды и ритуалы. Пищевого «включателя желания» наука не нашла — зато хорошо описала, что желание сильно зависит от контекста, внимания и отсутствия спешки.
Почему тогда после ужина с вином всё получается? Работает связка: ожидание, обстановка, неторопливость и то, что вечер заранее назван «нашим». Это не меньше, чем химия, — просто механизм другой.
Стоит ли пробовать травяные добавки? Если есть хронические болезни или постоянный приём лекарств — сначала разговор с врачом. И спокойные ожидания: в обзорах эффекты скромные.
Остальные варианты собраны в разделе «Возбуждающие средства» — там же видно составы и объёмы, чтобы выбирать спокойно.